Осенью 1978 года Queen выпустили один из самых вызывающих своих синглов: 13 октября в Великобритании вышла двойная A-side-пластинка Bicycle Race / Fat Bottomed Girls. Для группы это был момент странный и показательный одновременно. Внутри Queen тогда накапливалась усталость, отношения между музыкантами уже не были такими спаянными, как в первой половине десятилетия, а пресса встречала их по обыкновению враждебно. И всё же именно в такой атмосфере у группы снова прорезалось фирменное чувство абсурда и игры.

Bicycle Race стала частью альбома Jazz — пластинки, которую сами участники позднее оценивали без особого восторга. Но на фоне разговоров о «слишком холодном» и «слишком плотном» звучании альбома эта песня выглядела как демонстративный жест Queen: не уход в серьёзность, а почти насмешка, причём очень сценическая. Не случайно уже на европейских концертах начала 1979 года публика в первых рядах приносила велосипедные звонки и звонила в нужные моменты песни.

Тур де Франс и Super Studios

Bicycle Race родилась в тот период, когда Queen впервые записывали альбом за пределами Великобритании. По финансовым причинам группа вынесла работу над Jazz на континент: с июля по октябрь 1978 года музыканты делили время между Mountain Studios в Монтрё и Super Bear Studios во французских Альпах. Это был ещё и альбом-воссоединение с Роем Томасом Бейкером (Roy Thomas Baker), продюсером первых четырёх пластинок Queen. После двух альбомов, которые группа продюсировала сама, музыканты решили, что техническую сторону записи лучше снова поручить человеку со стороны.

Роджер Тейлор позже объяснял это очень просто:

Никаких ссор не было. Мы просто захотели продюсировать себя сами. Но после двух альбомов поняли, что с Jazz это уже слишком большая нагрузка, и решили позвать человека, который возьмёт на себя техническую часть. Как обычно, это всё равно была совместная работа

Контекст у этих сессий был нервный. После нескольких лет непрерывных туров и записей участники группы явно отдалились друг от друга. Тейлор вспоминал:

Думаю, тогда мы уже не были такой уж единой группой

А Брайан Мэй формулировал ещё жёстче:

Если честно, бывало, что вне сцены мы просто не могли друг друга терпеть

Именно поэтому Queen в Монтрё старались работать в одном большом помещении, записываясь почти как единый ансамбль. Инструменты поставили в просторной lounge-room, а Бейкер с инженерами следили за происходящим из контрольной комнаты в подвале через talkback и специально установленные экраны. На знаменитой фотографии Питера Хинса с этих сессий музыканты стоят далеко друг от друга — почти символическая картинка для Jazz. Позже Мэй скажет о том времени:

На Jazz каждый всё больше уходил в свои собственные дела, и мало кому особенно нравилось то, что делают остальные

На этом фоне Bicycle Race выглядит особенно показательно. В источниках песня прямо названа одной из вещей, где на Jazz сохранились «причуды» ранних Queen: наряду с Fat Bottomed Girls и Let Me Entertain You она представляла ту самую насмешливую, чуть карнавальную сторону группы, которая упорно не желала исчезать даже в период внутреннего охлаждения.

Двойной сингл и скандальный образ

Выпуск Bicycle Race был продуман как эффектный жест. Сингл вышел в формате двойной A-side с Fat Bottomed Girls, а сама связка песен сразу задавала нужный тон: грубоватый юмор, телесность, почти фарс. В книге Queen: The Ultimate Illustrated History эта пара названа «довольно грубым трюком», но именно в таком преувеличении и была её сила. Queen в конце 1978 года явно не собирались становиться скромнее.

Образ песни быстро оказался неотделим от видео. Съёмки прошли в сентябре 1978 года, режиссёром выступил Деннис Де Валланс (Dennis De Vallance). Для ролика собрали шестьдесят пять обнажённых моделей, которых посадили на велосипеды на стадионе Wimbledon Greyhound Stadium. Даже спустя год, когда Де Валланса снова позвали снимать клип для Crazy Little Thing Called Love, этот эпизод помнили как его главную Queen-работу.

Само видео в одном из источников описано почти с сухой точностью — «шестьдесят пять обнажённых женщин, все профессиональные модели, едут на велосипедах по стадиону». Но вокруг него быстро выросла репутация одного из самых вызывающих жестов эпохи Jazz. Тут важно не преувеличивать: в доступных материалах нет длинной истории о цензуре или запретах, зато есть главное — Queen сознательно доводили идею до предела и делали это в логике всего альбома, который сопровождался показной избыточностью.

Та же логика работала и за пределами экрана. Выход Jazz сопровождался легендарной вечеринкой в Новом Орлеане после концерта 31 октября 1978 года. Прямо с Bicycle Race она не связана, но отлично объясняет, в каком эстетическом режиме тогда жила группа: всё должно было быть чрезмерным, шумным, местами вульгарным и совершенно не стесняющимся собственной театральности. Брайан Мэй позже говорил об этой затее без извиняющегося тона:

Это было намеренно чрезмерно. Отчасти для собственного удовольствия, отчасти для друзей, отчасти потому, что это заводит людей из рекорд-компании — и просто потому, что нам так хотелось

Концертная версия

Парадокс Bicycle Race в том, что она появилась на пластинке, которой сами Queen остались не слишком довольны. В ретроспективе и Мэй, и Тейлор отзывались о Jazz прохладно. Мэй говорил:

Jazz пострадал от того, что в слишком тесное пространство напихали слишком много всего

Тейлор был ещё прямее:

Jazz оказался разочарованием… Не думаю, что у нас с Роем это по-настоящему сработало

Эти оценки относятся ко всему альбому, а не отдельно к Bicycle Race, но они хорошо показывают, почему песня так выделяется в истории Jazz. Там, где часть материала сегодня вспоминают как продукт непростых и местами «клинических» сессий, Bicycle Race уцелела именно за счёт характера. Она не маскирует свою шутливость, не делает вид, будто обязана быть «большим высказыванием», и потому легко вышла за пределы студийного контекста.

Это особенно видно по концертной реакции. Во время европейского тура 1979 года, когда Queen отыграли в том числе три вечера в парижском Pavillon de Paris с 27 февраля по 1 марта, публика в первых рядах приносила велосипедные звонки и звонила в нужные места песни. Для Queen, которые в конце 70-х всё чаще думали о массовом участии зала, такой отклик был идеальным. Ещё на News of the World они нащупали гигантскую силу коллективного жеста в We Will Rock You и We Are the Champions; Bicycle Race работала по-другому, легче и ироничнее, но тоже провоцировала мгновенную реакцию толпы.

Именно поэтому песня пережила собственный альбомный контекст. Jazz занял второе место в британском чарте, шестое — в американском Billboard, но внутри самого наследия Queen этот период часто вспоминают как время противоречий: творческая усталость, колкие отзывы прессы, сомнения в продюсерском выборе. На этом фоне Bicycle Race осталась напоминанием о другом свойстве группы — умении превращать даже внутренний разлад в спектакль. Не самая «глубокая» вещь в их каталоге, зато очень точная для Queen конца 1978 года: дерзкая, смешная, чуть непристойная и рассчитанная на то, что публика подхватит игру мгновенно.