31 мая 1991 года Фредди Меркьюри в последний раз встал перед камерой для нового клипа Queen. Снимали быстро, в чёрно-белом, чтобы не так бросались в глаза следы болезни. Австрийский режиссёр Руди Долезал, работавший с группой ещё со времён One Vision, вспоминал, что Фредди уже испытывал явный физический дискомфорт, но всё равно настоял ещё на одном дубле финальных строк. В этот момент песня перестала быть просто ещё одной вещью с Innuendo и стала прощанием, которое все увидели лишь задним числом.

Через полгода после смерти Фредди песню связали с другой вершиной каталога Queen почти буквально одним швом: в декабре 1991 года в Великобритании вышел благотворительный сингл Bohemian Rhapsody / These Are the Days of Our Lives, а доходы направили в фонд Terrence Higgins Trust. В 1992-м этот релиз получил BRIT Award как лучший британский сингл. Так композиция Роджера Тейлора оказалась не просто трогательной поздней работой Queen, а частью национального момента скорби, памяти и признания.

У этих нескольких минут есть редкая для поздних песен Queen ясность. Здесь нет попытки спрятаться за масштаб, маскарад или студийный трюк. Есть спокойный взгляд назад, и именно поэтому песня так сильно сцепилась с последними месяцами жизни Фредди Меркьюри.

Между Montreux и Лондоном

История песни начинается в тот период, когда Queen уже жили по совсем другому внутреннему расписанию. Ещё до выхода The Miracle в марте 1989 года Фредди хотел продолжать запись, и группа вернулась в Mountain Studios в Монтрё. Роджер Тейлор позже вспоминал, что все сплотились вокруг Фредди: Тейлор: Мы стали ближе. Он хотел работать, хотел занять свои мысли и свои дни

Сессии, из которых в итоге вырос Innuendo, тянулись до ноября 1990 года и проходили в Mountain Studios и в лондонской Metropolis Studios. Режим был щадящим: три недели работы, затем двухнедельный перерыв, чтобы музыканты могли заниматься своими делами, а Фредди отдыхал. К тому моменту его состояние уже внушало серьёзную тревогу. О болезни знали только Брайан Мэй, Джон Дикон и Роджер Тейлор, и все трое по просьбе Фредди держали это в секрете даже от своих семей.

Мэй вспоминал слова Фредди так:

Я хочу продолжать работать, пока буквально не свалюсь. Вот чего я хочу. И я хочу, чтобы вы меня поддержали, и не хочу никаких разговоров об этом

Брайан Мэй, пересказывая слова Фредди Меркьюри

На этом фоне These Are the Days of Our Lives звучит особенно остро. В источниках песня прямо названа вещью Тейлора и описана как горько-сладкий взгляд на беззаботные дни юности. Для альбома, который вообще рождался в атмосфере скрываемой катастрофы, такой ракурс был почти невозможной роскошью: не драматизировать настоящее, а вспомнить прошлое спокойно и без истерики.

Последние съёмки

К весне 1991 года скрывать состояние Фредди становилось всё труднее. В марте группа представила клип I’m Going Slightly Mad, и даже тогда Брайан Мэй ещё отвечал журналистам уклончиво, настаивая, что по голосу на альбоме невозможно услышать человека, который болен или умирает. Но к маю иллюзии уже почти не оставалось.

Последний видеоклип Фредди сняли 31 мая 1991 года именно для These Are the Days of Our Lives. Решение сделать картинку чёрно-белой было не эстетической прихотью, а практической необходимостью: так физические изменения были менее заметны. Руди Долезал работал быстро, понимая, что у певца нет сил на долгую съёмку. И всё же Фредди попросил ещё один дубль последних строк, после чего посмотрел прямо в объектив и прошептал: «Я всё ещё люблю вас»

Долезал позже объяснял, почему этот момент так врезался в память:

В этих последних секундах этой песни он даёт нам резюме всей своей жизни: „Я был большой суперзвездой, но не воспринимайте это слишком серьёзно“. А потом — „Я всё ещё люблю вас“, и это уже фанатам. Потом он уходит из жизни. Даже в свой последний момент он художественно спланировал свой уход. Именно так он хотел

Руди Долезал

Сейчас этот эпизод часто воспринимают как заранее подготовленное прощание. По источникам ясно одно: Фредди действительно контролировал даже этот последний штрих. Для него было важно не просто дотянуть до окончания работы, а закончить её точно, с интонацией, с нужным взглядом в камеру. В этом смысле клип усилил песню так же сильно, как песня усилила сам клип. Без этих кадров These Are the Days of Our Lives всё равно оставалась бы печальной и тёплой вещью; с ними она стала документом последних недель.

После смерти Фредди

23 ноября 1991 года Фредди Меркьюри выпустил официальное заявление, в котором подтвердил, что у него положительный ВИЧ-статус и СПИД. Уже на следующий день, 24 ноября, он умер у себя дома в Garden Lodge от бронхопневмонии, вызванной СПИДом. После этого слушать These Are the Days of Our Lives по-старому уже было невозможно.

В декабре 1991 года в Великобритании появился сингл Bohemian Rhapsody / These Are the Days of Our Lives. Это был не просто коммерческий ход после трагедии: доходы отдали Terrence Higgins Trust, одной из главных британских благотворительных организаций в сфере борьбы со СПИДом. Соединение этих двух песен на одном релизе выглядело почти символическим мостом между двумя эпохами Queen: от театрального взлёта середины 70-х к предельно человеческому и тихому финалу.

Реакция была немедленной и масштабной. В 1992 году сингл получил BRIT Award как лучший британский сингл. На той же церемонии Фредди был посмертно отмечен за выдающийся вклад в музыку. Так These Are the Days of Our Lives закрепилась не только как поздний шедевр Queen, но и как песня, через которую публика прощалась с Фредди.

Позже композиция продолжала жить и вне контекста траура. Она вошла, например, в сборник Forever, выпущенный 10 ноября 2014 года в Великобритании и 11 ноября в США, где эта вещь соседствовала с другими лирическими и мелодическими записями Queen. Но её центральный смысл всё равно остался связан с 1991 годом. Слишком многое в ней совпало с реальностью: ностальгический текст Тейлора, хрупкий голос Фредди, последний взгляд в камеру и та страшная пауза между официальным признанием и известием о смерти, которая длилась всего сутки.