Who Wants to Live Forever
Летом 1985 года у Queen был редкий для середины десятилетия момент абсолютной ясности. После Live Aid 13 июля группа, о распаде которой говорили еще совсем недавно, снова почувствовала себя силой первого ряда. И именно в этот промежуток, между триумфом на стадионе и работой над A Kind of Magic, в историю вошла одна из самых печальных и величественных вещей каталога группы.
Толчок пришел не из студии, а из монтажной. Режиссер Рассел Малкэй, снимавший Highlander, позвал Queen в лондонскую монтажную комнату и показал им около двадцати минут уже собранного материала, несколько разных сцен. По его воспоминанию, музыканты сперва держались настороженно, но после просмотра вышли с реакцией: “That’s really cool.” Малкэй рассчитывал получить от них одну песню, а получил сразу пять. Среди них была и Who Wants to Live Forever, песня, которая идеально легла на сюжет о бессмертных воинах, но при этом звучала гораздо шире конкретного фильма.
Когда Queen встретились с Highlander
Контекст у этой встречи был важный. В августе 1985-го Фредди Меркьюри отдыхал на Ибице с Джимом Хаттоном, Джон Дикон и Роджер Тейлор участвовали в записи Too Young для альбома Элтона Джона Ice on Fire, а сам Тейлор затем уехал в Mountain Studios в Монтрё работать с Дэвидом Ричардсом над проектом Virginia Wolf. Формально группа собиралась передохнуть, но уже в сентябре Меркьюри, Брайан Мэй и Тейлор снова сошлись ради новой вещи, к ним вскоре присоединился Дикон, прервав отпуск. Так появился One Vision, причем как знак обновленного единства песня была подписана всеми четырьмя.
В это же самое время в кадр вошел Малкэй. Для него Queen были не просто звездной группой, а людьми, уже имевшими опыт работы с кино после Flash Gordon. Он вспоминал, что после просмотра материала получил от группы ответ буквально через два дня: все хотели писать музыку для фильма. В итоге Queen сочинили для Highlander пять песен: A Kind of Magic, One Year of Love, Who Wants to Live Forever, Gimme the Prize (Kurgan’s Theme) и Princes of the Universe. Инструментальную часть саундтрека взял на себя Майкл Кеймен, уже известный по оркестровкам для The Wall и работе над Brazil. Его участие сразу подняло планку, а дружба с Queen сделала союз фильма и группы не разовой сделкой, а полноценным творческим альянсом.
Именно поэтому Who Wants to Live Forever звучит в этой истории не как случайный заказной номер. Песня родилась внутри очень конкретного кинематографического замысла, но оказалась встроена и в следующий этап самой группы. Когда записи двенадцатого студийного альбома стартовали в ноябре 1985 года, композиции для Highlander не остались на обочине: они стали сердцевиной A Kind of Magic.
Сессии для A Kind of Magic
Работа над альбомом длилась с ноября 1985-го по февраль 1986-го. Пять песен, написанных для Highlander, вошли на пластинку вместе с One Vision, Pain Is So Close to Pleasure, Don’t Lose Your Head и Friends Will Be Friends. На бумаге это выглядело как мощный новый старт. На деле же способ записи показывал, что внутренние противоречия у Queen никуда не исчезли.
Фредди Меркьюри и Джон Дикон работали с Мэком в Musicland, тогда как Брайан Мэй и Роджер Тейлор записывались с Дэвидом Ричардсом в Mountain Studios в Монтрё. Такой раздельный режим, как прямо отмечено в источнике, лишил альбом цельности и однородности. Для Who Wants to Live Forever это особенно показательно: песня существует внутри пластинки, которая появилась в момент внешнего успеха и внутренней хрупкости. В июне 1986 года A Kind of Magic стал большим успехом в Великобритании, но каждый из участников группы переживал собственный кризис.
У Брайана Мэя этот период был связан с попыткой спасти отношения и выдержать давление рок-звездной жизни. Он описывал почти раздвоенное состояние между туром и домом:
We get enough of life on the road and life in studios to want to have our private lives apart from that. […] You almost become, not exactly two different people, but it’s a very different world, and you have to acclimatize […].
На этом фоне Who Wants to Live Forever воспринимается не просто как часть саундтрека к истории о бессмертии, а как песня из очень уязвимого периода Queen. В источнике прямо не разбирается ее студийная механика по дорожкам и дублям, но есть главное: она возникла в момент, когда группа снова была на вершине и одновременно уже жила вразнобой. Отсюда и то странное напряжение, которое чувствуется во всем цикле A Kind of Magic.
Песня в тени последних больших лет
После выхода альбома Queen отправились в европейский тур 1986 года, завершившийся двумя вечерами на Wembley 11 и 12 июня перед аудиторией более 72 тысяч человек за ночь и финалом в Небуорте 9 августа перед более чем 150 тысячами зрителей. Тогда никто еще не знал, что это последнее выступление группы с Фредди Меркьюри. С этой точки зрения Who Wants to Live Forever задним числом вписывается в совсем другой, более темный сюжет.
Источник осторожно, но недвусмысленно связывает конец 1986 года с приближением тяжелого периода. С художественной стороны для Фредди это было время новых амбиций: запись The Great Pretender, знакомство с Монсеррат Кабалье, которое позднее приведет к Barcelona. Но параллельно здоровье певца уже ухудшалось, и внутри Queen никто еще не знал, что происходит на самом деле. Позднее он говорил журналистам:
I know there’ll be a time I cannot run onstage because it’ll be ridiculous. There comes a time when you have to stop. But music will still be my thing.
Эта реплика не относится напрямую к Who Wants to Live Forever, но в контексте истории песни звучит почти невыносимо точно. В середине 1980-х она была частью фэнтезийного фильма о бессмертных, а спустя совсем немного времени стала восприниматься как один из тех номеров Queen, которым реальная жизнь добавила новый, куда более тяжелый смысл.
Долгое послесвечение: Forever
Любопытно, что история песни не закончилась ни на A Kind of Magic, ни на саундтреке Highlander. В 1986 году на макси-сингле Who Wants to Live Forever вышла Forever — инструментальная версия, сыгранная исключительно Брайаном Мэем на фортепиано и синтезаторе. Уже сам факт такой версии многое говорит о композиции: она выдерживала полное снятие вокала и все равно сохраняла собственный вес.
Спустя почти три десятилетия эта линия получила неожиданное продолжение на сборнике Forever, выпущенном 10 ноября 2014 года в Великобритании и 11 ноября 2014 года в США. Компиляция была задумана как антитеза Queen Rocks: если тот сборник подчеркивал тяжелую сторону группы, Forever делал ставку на мелодизм и романтический нерв. Who Wants to Live Forever вошла в основной набор треков, а делюксовое издание заканчивалось именно инструменталом Forever.
Вокруг этого релиза тоже возник характерный для позднего Queen спор о том, что считать полноценным альбомом, а что красивой архивной конструкцией. Роджер Тейлор высказался предельно прямо:
It is an […] odd mixture of our slower stuff. I didn’t want the double-album version they’ve put out. It’s an awful lot for people to take in, and it’s bloody miserable! I wouldn’t call it an album, either. […] It’s more a record company confection. It’s not a full-blooded Queen album.
И все же даже в таком, по его словам, “record company confection” выбор финальной инструментальной точки не случаен. Forever возвращал Who Wants to Live Forever к ее чистой мелодической основе и еще раз показывал, насколько прочно песня держится сама по себе. Без киноизображения, без голоса Фредди, без стадионного контекста остается композиция, которую Мэй может сыграть один на пианино и синтезаторе, и она все равно будет звучать как одна из центральных тем поздних Queen.
