В сентябре 1989 года в Mountain Studios в Монтрё Роджер Тейлор впервые пришёл в The Cross как музыкант, которому уже подготовили пачку демо. После The Miracle он сделал короткую паузу, встретился со Спайком Эдни, Питером Ноуном, Клейтоном Моссом и Джошем Макрэем и услышал ровно то, чего, похоже, хотел сам: группа больше не собиралась быть приложением к его имени.
Mad, Bad and Dangerous to Know, выпущенный в марте 1990 года на Parlophone, стал именно этим поворотом. На Shove It остальные участники почти не были слышны ни как авторы, ни как полноценные соавторы звучания. На втором альбоме The Cross решили работать как настоящая группа, и Роджер это решение поддержал. В итоге из двенадцати треков только два были его собственными без оговорок, ещё один он разделил со всеми, а остальной альбом написали его партнёры. Для барабанщика Queen, привыкшего в сольных вещах контролировать почти всё, это был заметный жест.
Самый важный факт об этом альбоме прост: Mad, Bad and Dangerous to Know был первым по-настоящему демократическим альбомом The Cross. Роджер фактически отступил на шаг назад. Из его сочинений в финальный трек-лист вошли только Old Men (Lay Down) и Final Destination. Открывающая Top Of The World, Ma была записана как коллективная вещь всех пятерых. Питер Ноун написал Liar, Breakdown и Sister Blue, Клейтон Мосс принёс Penetration Guru и Better Things, Спайк Эдни сочинил Closer To You, Джош Макрэй написал Passion For Trash, а Power To Love появилась из совместной работы Макрэя, Ноуна и Мосса.
В таком распределении и есть главный сюжет пластинки. Роджер по-прежнему оставался голосом и лицом группы, пел почти весь альбом, играл на гитаре и держал общий вектор, но впервые не подминал материал под себя. Даже состав на конверте это подчёркивал: Роджер, вокал и гитары; Спайк, клавишные, вокал и мандолина на Better Things; Питер, бас и вокал; Клейтон, гитары, вокал и ведущий вокал на Better Things; Джош, барабаны, перкуссия и вокал.
Это был риск. Ни Эдни, ни Ноун, ни Мосс, ни Макрэй к тому моменту не считались известными авторами, и второй альбом группы, где лидер вдруг оказывается в меньшинстве как композитор, легко мог развалиться на куски. Но случилось обратное: именно благодаря этому шагу The Cross впервые зазвучали как полноценная группа.
Shove It был крепко привязан к поздневосьмидесятому студийному вкусу: программинг, синтезаторы, гладкая поверхность. На Mad, Bad and Dangerous to Know от этого почти отказались. Альбом записывали в Mountain Studios с сентября по ноябрь 1989 года, а продюсировали его сами The Cross вместе с Джастином Ширли-Смитом. Для Ширли-Смита это была первая пластинка, которую он продюсировал самостоятельно после работы инженером у Криса Ри и на проектах Дэвида Боуи Never Let Me Down и Tin Machine. Позже он станет одним из самых надёжных людей в орбите Queen и будет тесно работать с Брайаном Мэем, но здесь важнее другое: он помог The Cross снять с себя синтетическую оболочку.
Этот альбом звучит так, будто пять человек действительно стоят в одной комнате. В описании Purvis это почти «контрапунктический шедевр», но даже без красивых формул слышно другое: группа наконец играет рок, а не изображает его поверх машинной подложки. Top Of The World, Ma с ходу задаёт этот тон. Хаммонд Спайка Эдни поднят высоко в миксе, у Клейтона Мосса яркое соло, а сама песня бьёт жёстче, чем многое из того, что Queen выпускали после Jazz.
Дальше пластинка живёт на контрастах. Здесь много крепких рокеров, но не меньше и баллад, и именно это делает её похожей на работу людей, которые наслушались друг друга на гастролях и поняли, что не обязаны всё время ехать в одну сторону. Closer To You, дебют Эдни как автора внутри The Cross, не претендует на статус потерянной классики, зато показывает, что Роджеру нравится петь материал, написанный не им. Better Things, которую поёт сам Клейтон Мосс, вообще становится исключением для группы: это первый случай, когда Роджер не ведёт основной вокал в песне The Cross. Акустическая фактура, маркасы, хлопки и мандолина Эдни превращают её в передышку посреди более тяжёлого материала.
Даже там, где тексты не блещут тонкостью, музыка часто вытягивает песню наверх. Penetration Guru несётся почти по-панковски, Passion For Trash работает на коротком, дёрганом ритме с хорошим стоп-стартовым движением, Sister Blue держится на густых гитарах и плотных барабанах, а Liar, несмотря на название, никак не связан с квиновской вещью 1973 года и устроен совсем иначе: царапающий гитарный рисунок, почти регги-подтекст и нарочито жёсткий вокал Роджера.
Тем интереснее на этом фоне выглядят две песни самого Тейлора. Old Men (Lay Down) начинается почти вызывающе: почти двухминутное клавишное вступление, после которого выходит одна из самых тяжёлых вещей на альбоме. По названию можно ожидать обычной колкости в адрес старшего поколения, но удар там идёт по политикам, по злоупотреблению властью и по военному безумию. Самая сильная строка в песне: «Они владеют газетами, и они владеют мной». Для Роджера это уже почти мост к Dear Mr Murdoch, которую он напишет годом позже. При этом сила Old Men (Lay Down) не только в тексте. Там почти марширующая драматургия: барабаны несут песню как толпу, а гитара и бас на время уступают место ритмическому нажиму.
Final Destination тут выглядит вторым полюсом. Если Old Men (Lay Down) показывает Тейлора как злого и политически раздражённого автора, то Final Destination показывает его как человека, который умеет строить песню на постепенном наращивании чувства. Она начинается тихо и медленно, потом набирает силу и превращается в очень личную вещь, написанную для Дебби Лэнг. Для Роджера это одна из лучших демонстраций того, как он вырос как автор и аранжировщик. Не случайно он позже вернётся к этой песне и перепишет её в 1993 году во время работы над Happiness?.
На этом альбоме особенно ясно, зачем Тейлору был нужен The Cross. В Queen он приносил песни, но всегда существовал внутри равновесия четверых. На втором альбоме The Cross он, наоборот, как будто проверяет себя на прочность: сможет ли группа устоять, если он не будет тащить её на себе. Ответ оказался неприятным с коммерческой точки зрения, но художественно убедительным.
Почти у каждой песни на пластинке был потенциал сингла, но рынок этого не заметил. Первым синглом в апреле 1990 года вышла Power To Love, тяжёлая, почти power-metal-баллада с отчётливой родословной из работы Роджера в Queen. В британском чарте она поднялась только до 83-го места. После этого стало понятно, что на домашний успех рассчитывать уже трудно.
Liar выпустили следующим, в августе 1990 года, но уже только для Европы, прежде всего для Германии. Даже промо-видео, снятое немецкой командой Schultze на слегка изменённую подложку, не помогло. Final Destination стала третьим синглом в ноябре 1990 года, с Penetration Guru на обороте, тоже только для Германии и Европы, и тоже прошла мимо чартов. Лейбл уже не верил в группу настолько, чтобы даже дать песне видео.
После выхода альбома The Cross оказались в сложном положении: второй альбом уже был в магазинах, а интереса почти не было. Компания не рвалась продвигать тур без хитового сингла, но вскоре выяснилось, что в Германии группу хотя бы слушают. Так родился тур с 21 мая по 15 июня 1990 года: Германия, Амстердам, Ибица, Вена. В сет-лист вошёл почти весь новый альбом: Top Of The World, Ma, Closer To You, Breakdown, Penetration Guru, Power To Love, Liar, Better Things, Old Men (Lay Down), Sister Blue, Final Destination, иногда Passion For Trash, плюс Heaven For Everyone, Shove It, Strange Frontier и I'm in Love with My Car, которую Роджер к тому моменту поднял до роли концертного финала.
Это и есть нерв Mad, Bad and Dangerous to Know. Альбом провалился в Британии, но именно на нём The Cross впервые стали похожи на настоящую группу. Роджер уступил пространство, звук стал жёстче и живее, а песни перестали вращаться только вокруг его амбиций. Для чарта этого было мало. Для понимания того, зачем вообще существовали The Cross, этого как раз достаточно.