Live at Wembley '86

После триумфа на Live Aid летом 1985 года, когда Queen за двадцать минут показали стадиону Уэмбли, как выглядит настоящий рок-концерт, группа вошла в один из самых успешных периодов своей карьеры. Распроданные туры грандиозного масштаба, все четыре участника на равных пишут материал — к середине восьмидесятых Queen были, по словам Роджера Тейлора, «практически непобедимы» на сцене. В 1986-м группа вернулась в Уэмбли уже не на двадцать минут фестивального сета, а с полноценным концертом тура Magic Tour — и именно эта запись стала альбомом Live at Wembley '86.

Для Queen Уэмбли всегда был особым местом. Стадион вмещал десятки тысяч человек — ту самую массу, с которой Фредди Меркьюри умел работать как никто. Тейлор вспоминал, что на концертах такого масштаба вся умственная энергия уходит на то, чтобы всё сработало, чтобы музыка дошла до последнего ряда. Меркьюри владел искусством большого жеста — он превращал стадион в одну огромную вечеринку, и каждый зритель чувствовал себя её участником. Live at Wembley '86 зафиксировал этот дар на плёнке — полноценный концерт группы на пике формы, за пять лет до того, как всё оборвалось.

Запись стала одним из ключевых концертных релизов в дискографии Queen — документом того, какой группа была вживую, когда все четверо работали как единый механизм. Позже Уэмбли примет трибьют-концерт памяти Фредди, и Брайан Мэй назовёт его «самыми грандиозными проводами в истории». Но Live at Wembley '86 — это не прощание. Это Queen в моменте, когда всё было возможно.

К лету 1986 года Queen подошли на волне триумфа. Годом ранее, 13 июля 1985-го, группа выступила на благотворительном концерте Live Aid перед 72 000 зрителей на стадионе «Уэмбли». Фредди Меркьюри — посреди моря людей, большинство из которых даже не были поклонниками Queen, — заставил весь стадион петь в ответ на каждую фразу, которую он им бросал. Сет был выстроен так, чтобы уместить все хиты в отведённое время, но Меркьюри всё равно остановил шоу ради импровизированной вокальной переклички с залом. Уверенный взмах руки, победное «All right!» — и Queen стали главным событием всего фестиваля.

Концерты на «Уэмбли» в 1986 году проходили в рамках тура Magic Tour, поддерживавшего альбом A Kind of Magic. К этому моменту Фредди давно прошёл путь от замкнутого фронтмена, выходившего на сцену в чёрном бархате с рычанием «The nasty Queenies are back!», до артиста, для которого вовлечение публики стало главным принципом. Перелом, по словам Георга Пёрвиса, произошёл ещё в середине семидесятых: когда глэм-рок сошёл на нет, Меркьюри обрёл уверенность и добавил к своим ролям певца, автора и пианиста четвёртую — шоумена. Концерты перестали быть просто выступлениями и превратились в визуальные спектакли с сухим льдом, пиротехникой и кожей вместо бархата.

На сцене Queen работали как единый механизм. Брайан Мэй с самодельной Red Special, собранной вместе с отцом ещё в 1963 году, оставался перфекционистом — не прощал себе ни одной фальшивой ноты, даже если зал ничего не замечал. Роджер Тейлор за ударной установкой сочетал безумие Кита Муна с изобретательностью Джона Бонэма, а Джон Дикон — тихий, почти не улыбавшийся на сцене — был тайным оружием группы, играя точно и изобретательно, всегда на службе у песни.

После Live Aid статус Queen как концертной группы вышел на новый уровень. Как писал Пёрвис, именно там Меркьюри «закрепил за собой позицию лучшего шоумена в мире». Концерты на «Уэмбли» летом 1986 года стали кульминацией этого подъёма — и, как оказалось впоследствии, одними из последних крупных стадионных выступлений Queen с Фредди Меркьюри.

Уэмбли-стадион в Лондоне — 72 000 зрителей на втором из двух аншлаговых вечеров, 12 июля 1986 года. Почти ровно год назад на этой же площадке Queen перевернули историю рока своим выступлением на Live Aid. Теперь, подпитанные успехом A Kind of Magic, взлетевшего на первое место в британских чартах, они вернулись сюда уже как хедлайнеры. Два концерта на Уэмбли собрали 150 000 человек, побив все прежние рекорды посещаемости. Билеты разлетелись за считанные минуты — организатор Харви Голдсмит предложил третий вечер, но логистически это оказалось невозможно.

Сцену Queen спроектировали гигантской — настолько, что она оказалась на три-четыре фута шире, чем мог вместить стадион. Конструкцию пришлось спешно переделывать, и работа завершилась лишь перед саундчеком в первый день. Для перевозки декораций требовались десятки грузовиков: пока одну сцену разбирали, другую уже собирали на следующей площадке — конвейер не останавливался на протяжении всего тура. Фредди Меркьюри вышел к публике в короне и горностаевой мантии работы знаменитого костюмера Дианы Мозли (Diana Moseley) — коронация короля рока была буквальной.

Съёмку вели пятнадцать камер — изначально материал планировали показать по телевидению в октябре. В студии Мюнхена Брайан Мэй и звукоинженер Райнхольд Мак (Reinhold Mack) доработали звук концерта. 25 октября 1986 года отредактированная версия под названием Real Magic вышла одновременно по Channel 4 и Independent Radio — радиосигнал задержали на четверть секунды для синхронизации с телевизионной картинкой. Концерт в прямом эфире транслировало лондонское Capital Radio — единственный раз, когда запись прозвучала без студийных наложений. Вокальные партии One Vision, A Kind of Magic, Who Wants to Live Forever и We Are the Champions были подправлены для официальных релизов, а к Hammer to Fall добавили бэк-вокал в бридже.

Нервы давали о себе знать. Брайан сбился в тэппинговом соло посреди One Vision — единственный раз за всю историю исполнения этой вещи — и полностью пропустил первую половину соло в Hammer to Fall. Зато его гитарное соло в середине сета стало, по мнению многих, эталонным примером его музыкальности на сцене — полная противоположность посредственному соло накануне. Посреди концерта Фредди, Меркьюри отдал дань рок-н-роллу, который они с Брайаном слушали подростками: (You're So Square) Baby I Don't Care Бадди Холли, Hello Mary Lou Рики Нельсона и Tutti Frutti Литтл Ричарда. Когда во время I Want to Break Free у Фредди отключился микрофон, стадион подхватил мелодию сам. Полицейскую каску, в которой Меркьюри появился в акустической части, он стащил у охранника на концерте в Ньюкасле несколькими днями ранее — прямо на глазах у публики. Мик Джаггер (Mick Jagger) сидел в зале; ходили слухи, что Дэвид Боуи выйдет на сцену для Under Pressure, но этого не случилось.

Знаете что? В последнее время ходит много слухов о некой группе под названием Queen. Слухи о том, что мы собираемся распасться. Что думаете? …Забудьте эти слухи. Мы останемся вместе, пока не сдохнем, я в этом уверен! И вообще — мы неплохо смотримся для четырёх стареющих королев, правда? — Фредди Меркьюри, со сцены Уэмбли

Вернуться домой, в Лондон, и отыграть два аншлага — это было огромное, огромное событие для нас. Никто из нас не осознавал, что это будет почти последний раз, когда мы играем вместе. — Брайан Мэй

После шоу группа под шуточным именем «Dicky Hart and the Pacemakers» устроила джем-сейшн в ночном клубе Kensington Roof Gardens для пятисот гостей, среди которых были Клифф Ричард, Саманта Фокс, Spandau Ballet, Гэри Глиттер, а также дизайнеры Ив Сен-Лоран, Джорджо Армани и Кельвин Кляйн. Официанты обоих полов были «одеты» в боди-арт. Фредди вытащил Саманту Фокс на сцену, и они вместе спели Go Johnny Go. Вечеринка продолжалась до девяти утра.

Концерт 12 июля 1986 года на стадионе Уэмбли растянулся на два диска и охватил практически всю карьеру Queen — от ранних синглов до свежего материала с A Kind of Magic. Восемьдесят тысяч зрителей стали свидетелями того, как Фредди Меркьюри, уже серьёзно болевший, отдал рок-н-роллу всю душу. Этот тур, завершившийся в Небуорте месяцем позже, стал для него последним.

One Vision

Открывающий номер — песня, рождённая из постживэйдовского единства группы. Написанная совместно всеми четырьмя участниками в сентябре 1985-го на Musicland Studios в Мюнхене, One Vision стала манифестом обновлённого Queen. Роджер Тейлор (Roger Taylor) написал текст о том, что его возмущало в мире, а Меркьюри переработал слова, превратив песню из гневной в обнадёживающую. На студийной версии вступление создано продюсером Маком (Reinhold Mack) на синтезаторе Kurzweil 250 — загадочные сэмплы вокала Фредди с понижением тона. Живьём вся эта электронная мистика уступала место прямолинейному року: рифф Red Special врезался сразу, а барабаны Тейлора, в студии усиленные модулем Simmons SDS7, на сцене звучали мощнее и натуральнее.

Tie Your Mother Down

Рифф, сочинённый Брайаном Мэем (Brian May) на обсерватории Тейде на Тенерифе ещё в 1970 году, к 1986-му превратился в неизменный концертный боевик. Песня присутствовала в сет-листе каждого тура с января 1977 года вплоть до Небуорта. Рифф был вдохновлён гитаристом Рори Галлахером (Rory Gallagher). В студийной версии на A Day at the Races ей предшествовало инструментальное вступление — звуковая иллюзия «бесконечной лестницы» по мотивам гравюр Эшера, где гитарные партии закручиваются в спираль по стереопанораме. На концерте эта преамбула отбрасывалась — песня начиналась в лоб, как чистый рок-н-ролл.

In the Lap of the Gods… Revisited

Одна из по-настоящему выдающихся точек концерта. Финал этой песни на Уэмбли описывается как незабываемый — восемьдесят тысяч голосов подхватывали припев, и эффект стадионного хора превращал In the Lap of the Gods… Revisited в нечто большее, чем студийная запись.

Seven Seas of Rhye

Песня, которая сделала Queen знаменитыми в феврале 1974 года, когда они исполнили её под фонограмму перед десятимиллионной аудиторией Top of the Pops. Инструментальная заготовка с первого альбома, переработанная Меркьюри в хит. На Уэмбли — короткий, энергичный номер, напоминание о самых первых победах группы.

Tear It Up

Жёсткий рок Мэя, рифф которого вырос из концертных импровизаций вокруг Fat Bottomed Girls. На студийной версии с The Works Мэй использовал тяжёлый тэппинг в соло — след его работы с Эдди Ван Халеном (Eddie Van Halen) на проекте Star Fleet. Tear It Up была сигналом: Queen вернулись к гитарному звучанию после танцевальных экспериментов Hot Space.

A Kind of Magic

Заглавная песня последнего студийного альбома перед туром. Изначально написанная Тейлором для фильма «Горец», она была существенно переработана Меркьюри в феврале 1986-го. Любопытная деталь студийной записи: в отсутствие Мэя Тейлор взял его Red Special и сыграл трёхголосную гармонию на словах «I'm hearing secret harmonies». Мэй позже признал, что почувствовал нечто вроде нарушения границ. На концерте песня звучала как поп-рок гимн, уже знакомый аудитории по синглу, вышедшему в марте 1986-го.

Under Pressure

Совместное детище Queen и Дэвида Боуи (David Bowie), родившееся из круглосуточного джема на Mountain Studios в Монтрё летом 1981-го. Знаменитый басовый рифф Джона Дикона (John Deacon), сыгранный на Fender Precision Special, едва не был утрачен — после ужина Дикон забыл его, и Тейлор восстановил партию по памяти. Вокальные партии в студии записывались по методу Боуи: певцы пели по очереди, не слыша записи друг друга, — отсюда знаменитое скэт-пение Меркьюри «De Da Day» в духе Луи Армстронга. На Уэмбли, разумеется, без Боуи, Меркьюри исполнял обе партии.

Another One Bites the Dust

Фанковый хит Дикона, вдохновлённый бас-линией Good Times группы Chic — Дикон присутствовал на записи этой песни в Нью-Йорке в ноябре 1978-го. Именно Майкл Джексон после концерта Queen на Los Angeles Forum в июле 1980-го убедил группу выпустить трек синглом. В студии барабаны Тейлора были заглушены чехлами ради максимально сухого звука — против его обычных предпочтений. Мэй использовал Eventide Harmonizer для «грязных маленьких гитар» вокруг перкуссивного риффа Дикона. На стадионе — один из самых узнаваемых моментов шоу.

Who Wants to Live Forever

Песня, которую Мэй услышал в голове практически целиком по дороге домой после просмотра рабочих материалов «Горца». Это был период личных трагедий гитариста — смерть отца, распад брака. Студийная версия записана с Лондонским Национальным филармоническим оркестром в Abbey Road, аранжировки — Майкл Кеймен (Michael Kamen) и Мэй. В оригинале Мэй поёт первый куплет и финальную строчку «Who waits forever anyway?», деля вокал с Меркьюри. На Уэмбли, без оркестра, баллада неизбежно звучала иначе — камернее, но от этого не менее пронзительно.

I Want to Break Free

Песня Дикона с The Works, ставшая мировым хитом — и одновременно причиной изгнания Queen с американского MTV из-за клипа, где музыканты переоделись в женщин. Знаменитое соло в студийной версии — не гитара Мэя, а синтезатор Roland Jupiter-8, сыгранный Фредом Манделем (Fred Mandel) в отсутствие гитариста. Мэй потом признал: «Я был не слишком счастлив, но дал благословение». На Уэмбли — один из моментов наибольшего единения со стадионом.

Impromptu / Brighton Rock Solo

Импровизационный блок и знаменитое гитарное соло Мэя, выросшее из инструментальной секции Brighton Rock. Ещё со времён Sheer Heart Attack Мэй использовал в этом соло эффект Echoplex — задержку звука, позволявшую в реальном времени наслаивать гитарные партии и строить гармонии прямо на сцене. На концертах соло Brighton Rock могло длиться до двенадцати минут. Уэмбли не стал исключением — это была площадка для чистого гитарного театра.

Now I'm Here

Завершение первого диска. ### Love of My Life

Баллада, написанная Меркьюри, — по одной версии, для Мэри Остин (Mary Austin), по другой (со слов менеджера Джона Рида) — для Дэвида Миннса (David Minns). В студии на A Night at the Opera Мэй играл партию арфы, настраивая инструмент заново после каждого дубля, потому что от сквозняка или педали строй плыл. На концертах песня трансформировалась: Тейлор вспоминал, что в Южной Америке Love of My Life стала главным хитом, хотя нигде больше не была синглом. Меркьюри часто переставал петь в середине, отдавая мелодию аудитории. На Уэмбли — акустическая версия с двенадцатиструнной гитарой Мэя и хором в восемьдесят тысяч голосов.

Is This the World We Created…?

Акустический дуэт Меркьюри и Мэя — момент тишины посреди стадионного шоу. ### Рок-н-ролльное медли: (You're So Square) Baby I Don't Care / Hello Mary Lou / Tutti Frutti / Gimme Some Lovin'

Середина сета — дань уважения героям юности. Меркьюри и Мэй выросли на этой музыке: Baby I Don't Care Бадди Холли (Buddy Holly), Hello Mary Lou Рики Нельсона (Ricky Nelson), Tutti Frutti Литтла Ричарда (Little Richard). К ним добавлялась Gimme Some Lovin' Спенсера Дэвиса (Spencer Davis Group). Это был не просто набор каверов — Меркьюри чествовал рок-н-ролл, на котором вырос, перед аудиторией, которая пришла ради совсем другой музыки, и заставлял её полюбить оригиналы.

Bohemian Rhapsody

Hammer to Fall

Crazy Little Thing Called Love

Big Spender

Вставка бродвейского стандарта Ширли Бэсси — один из театральных жестов Меркьюри. ### Radio Ga Ga

We Will Rock You / Friends Will Be Friends / We Are the Champions

Финальный блок — три стадионных гимна подряд, ведущие к кульминации вечера. ### God Save the Queen

Традиционное закрытие концертов Queen — записанная гитарная аранжировка Мэя. Меркьюри появился перед этим финалом в короне и горностаевой мантии работы Дианы Мозли (Diana Moseley) — коронация Короля Меркьюри перед его народом.

В предоставленном материале нет информации о записи, сведении, продюсировании или ремастеринге альбома Live at Wembley '86 — ни об оборудовании, ни о мобильной студии, ни об истории плёнок, ни о переизданиях.

Queen:

• Фредди Меркьюри (Freddie Mercury) — вокал, клавишные
• Брайан Мэй (Brian May) — гитара, бэк-вокал
• Роджер Тейлор (Roger Taylor) — ударные, бэк-вокал
• Джон Дикон (John Deacon) — бас-гитара

Концерты Queen на стадионе Уэмбли в 1986 году прошли в рамках Magic Tour в поддержку альбома A Kind of Magic. Запись этих выступлений вышла как концертный фильм Live at Wembley Stadium. В том же турне Queen отыграли на Небуорт-парке — эти шоу стали последними крупными концертами группы с Фредди Меркьюри. Параллельно был выпущен концертный альбом Live Magic, обобщивший материал тура.