Breakthru

В январе 1988 года Queen снова собрались в Olympic Sound Studios в Лондоне. После паузы 1987-го, личных кризисов и полной неопределённости после Magic Tour группа вернулась не просто к работе, а к старому способу существования: всем составом в одной комнате, с постоянными спорами, перебранками и быстрым рождением новых идей. Именно из этой атмосферы выросла Breakthru, одна из самых стремительных и светлых вещей на The Miracle.

Контекст у песни совсем не безоблачный. К началу 1987 года Фредди Меркьюри уже знал о своём диагнозе, но внутри группы об этом почти не говорили вслух. Брайан Мэй позже вспоминал, что это стало негласным правилом: Фредди не хотел, чтобы внешний мир вмешивался в его борьбу, и не хотел, чтобы пластинки Queen покупали из жалости. На этом фоне Breakthru звучит особенно сильно: как вспышка энергии у группы, которая решила держаться вместе и работать так, будто времени у неё одновременно много и очень мало.

Возвращение к старому методу

Для The Miracle Queen приняли два принципиальных решения. Первое: все песни теперь подписываются именем Queen, а не отдельных участников. Брайан Мэй говорил, что к этому стоило прийти ещё пятнадцать лет назад; такой подход не только выравнивал гонорары, но и помогал смотреть на материал не с позиции самолюбия, а с позиции группы. Второе решение было не менее важным: вместо работы по двое, как раньше, четверо снова должны были записываться вместе.

Мэй описывал это очень просто:

Это было как в старые времена: все мы на месте, и куча споров, но споров конструктивных

Для Breakthru это ключевой момент. Песня родилась не как отстранённая студийная сборка, а как продукт именно этого коллективного режима, когда Queen снова начали мыслить не отдельными лагерями, а одним организмом. К февралю 1988 года у них уже было двадцать две идеи новых песен, и Breakthru оказалась среди материала, который должен был показать: после A Kind of Magic группа не выдохлась и не рассыпалась.

Само настроение тех сессий многое объясняет в характере песни. The Miracle стал своего рода сводом всего, что Queen умели делать в конце восьмидесятых: рок, тяжёлый рок, крупные, цепкие вещи, рассчитанные на мгновенный эффект. Breakthru названа там рядом со Scandal и Khashoggi’s Ship как часть роковой стороны альбома. То есть её место внутри пластинки было вполне определённым: не баллада, не студийный эксперимент ради эксперимента, а ход вперёд.

Whole Lotta Rosie и экспресс «Миракл»

Ритмический мотив Breakthru напоминает Whole Lotta Rosie AC/DC. Этот упругий, маршевый грув подсказал Роджеру Тейлору образ поезда, несущегося по равнине. Дикон вспоминал:

Дикон: Мы просто слушали песню — ту-тут-ту-тут-тутуту — и у Роджера возникла идея экспресса. Потом мы с Фредди придумали назвать поезд The Miracle Express, и дальше всё закрутилось. Я проверил, реально ли это снять, оказалось реально, и мы попробовали

Вступление — отдельная мелодия A New Life Is Born, которую Фредди набросал во время тех же сессий The Miracle. Дальше демо дело не пошло, но для интро к Breakthru она подошла идеально.

Лондон, Монтрё и работа с оглядкой на Фредди

Сессии The Miracle растянулись примерно на год. Queen работали блоками по две-три недели, чтобы Фредди мог отдыхать между заходами. Основная часть записи проходила в Olympic Studios и The Town House в Лондоне, но часть материала была завершена в Mountain Studios в Монтрё. Причина была прозаична и тяжёлая одновременно: в Лондоне внимание к Фредди становилось невыносимым.

Брайан Мэй вспоминал, что в какой-то момент работать там стало почти невозможно: пресса и фотографы буквально лезли в частную жизнь музыканта. Поэтому Монтрё оказался спасением. По словам Мэя, это было куда более спокойное место для работы, и в итоге там сделали много материала.

Для Breakthru эта деталь важна не только географически. Песня относится к периоду, когда Queen уже существовали как очень сплочённая внутренняя структура. Мэй позже говорил, что, узнав о болезни Фредди, группа буквально сомкнулась вокруг него защитной оболочкой. Они врали журналистам, не посвящали в детали даже семьи и за это время очень сблизились. В случае The Miracle это слышно не как абстрактная «драма за кадром», а как конкретный студийный факт: группа работала рывками, берегла силы Фредди и при этом не позволяла музыке звучать осторожно или блекло.

Вот в этом и скрыта одна из сильных сторон Breakthru. На фоне реальных обстоятельств 1988–1989 годов песня не превращается в документ болезни или в мрачный комментарий к положению дел. Напротив, она оказывается жестом сопротивления. Queen не уходят в траурную интонацию, а выбирают движение, плотность, напор. Тем сильнее эффект, если помнить, в каком состоянии находилась группа за пределами студии.

Место на The Miracle

Когда в январе 1989 года тринадцатый альбом Queen был закончен, Breakthru уже существовала как часть очень ясной общей картины. The Miracle назван пластинкой, где соединены роковые номера вроде Scandal, Khashoggi’s Ship и Breakthru с более тяжёлыми вещами наподобие I Want It All и Was It All Worth It. Это хороший ориентир: Breakthru не была случайным проходным треком, а входила в ту линию альбома, которая должна была подтвердить возвращение Queen к собранной, яркой, «групповой» форме.

Сам альбом вышел 22 мая 1989 года, а его оформление только усиливало этот эффект. На обложке лица четырёх участников были электронным образом слиты в одно. Дизайнер Ричард Грей и техник Ричард Бейкер сделали фотомонтаж из снимков Саймона Фаулера, и результат оказался почти буквальной визуализацией нового принципа Queen: не четыре автономные звезды, а единое существо. Для Breakthru это особенно точное окружение. Песня принадлежит пластинке, где даже внешне было заявлено: теперь всё подписано одним именем не из вежливости, а потому что иначе этот материал уже не работает.

Мэй: Queen — самая устойчивая семья из всех, что у нас есть, хотя и с трудом понимаемая со стороны