Dragon Attack

Среди десяти песен The Game есть одна, которую Брайан Мэй позже назовёт «образным портретом всего этого безумия». Dragon Attack — не просто тяжёлый трек с риффом: это четыре минуты восемнадцать секунд мюнхенской ночи, переведённые на язык рок-н-ролла. Песня, записанная пьяными музыкантами посреди ночи, оказалась самым сырым и грувовым номером на альбоме — и неожиданным предвестником рок-рэп фьюжна, до которого оставалось ещё полдесятилетия.

Рифф Мэя, сыгранный в унисон с басом Джона Дикона, напоминает приём из Son and Daughter с дебютного альбома 1973 года — тот же гитарный трюк, только семь лет спустя, в совершенно другом контексте. Если Son and Daughter была хард-роковой заготовкой начинающей группы, то Dragon Attack — рок-н-ролл в чистом концентрате, пропущенный через мюнхенский фанк.

«Take me back to the Shack»

Dragon Attack родилась из пьяного ночного джема зимой 1980-го. Музыканты вернулись из Sugar Shack в студию посреди ночи и начали играть — без плана, без демо, без трезвого расчёта. Результатом стал самый тяжёлый трек на альбоме.

В тексте Мэй прямо упоминает Райнхольда Мака, а строчка «Take me back to the Shack» не оставляет сомнений, откуда росли корни песни. Мак вспоминал об авторе с иронией:

Брайан пил водку с тоником. Не думаю, что я хоть раз видел, чтобы он принимал наркотики. Но когда Брайан был пьян, он мог полностью потерять нить

Сам Мэй не скрывал двойственности того периода:

Мы проводили огромное количество времени в Sugar Shack, обычно зависая там, пока не включали свет и снаружи не начинался рассвет, живя в фантазийном мире водки, барменш и очень громкого рока. Поначалу это было довольно здорово и стимулирующе, но через несколько месяцев всё покатилось вниз, и мы стали проводить в клубе гораздо больше времени, чем в студии. Думаю, у всех нас начались проблемы — эмоциональные и, если хотите, духовные. Если хотите понять — песня Dragon Attack это образный портрет всего того безумия. Мюнхен был нашим великим стимулятором, но и нашим великим падением

Это редкий случай, когда Мэй прямо указывает на конкретную песню как на автопортрет. Dragon Attack — не абстрактный рок-номер, а дневник мюнхенских ночей, зашифрованный в риффах.

Рифф как хозяин

Продакшн Dragon Attack аскетичен до предела. Гитарный рифф правит треком — но исчезает в каждой вокальной фразе куплета, уступая место голосу Меркьюри. Формула выстроена жёстко: рифф на куплетах, пауэр-аккорды на припевах, вокал, вплетённый между гитарными партиями. Эта схема окажется пророческой — достаточно послушать версию Walk This Way, которую Aerosmith записали с Run-DMC в 1986 году, чтобы услышать, какое влияние Dragon Attack оказала на движение рок-рэп фьюжна. Даже атака соло в Walk This Way на 1:32 напоминает соло Queen, стартующее на 1:00.

Перкуссионное соло Тейлора начинается на 1:33 и смешивает разные барабаны, демонстрируя контролируемую мощь ударника. За ним следует басовая партия, которая звучит так, будто записана живьём — её несовершенства и чуть «плывущие» ноты придают треку подлинный, нефильтрованный характер. В этом весь парадокс Dragon Attack: песня, записанная нетрезвыми музыкантами, оказалась точнее и честнее, чем многие их выверенные студийные работы.

Три голоса посреди хаоса

На 2:43 происходит нечто неожиданное. Посреди тяжёлого грува — госпел-вставка a cappella: Мэй, Тейлор и Меркьюри поют втроём без инструментов. Момент одновременно напоминает фирменные гармонии Somebody to Love и идеально вписывается в модернистский продакшн трека. Этот приём — госпел внутри рок-машины — Queen повторят позже в Dancer на альбоме Hot Space, а отголоски можно услышать и в All God's People на Innuendo.

Контраст работает безупречно: четыре минуты минималистичного грува, и вдруг — трёхголосие, словно окно в другую реальность. А потом рифф возвращается и захлопывает его.

Обратная сторона хита

В августе 1980 года Dragon Attack вышла на би-сайде сингла Another One Bites the Dust — одного из крупнейших хитов Queen. На британском издании EMI именно она стояла на стороне B; на американском Elektra её заменили на Don't Try Suicide. В 1981 году в Мексике вышел промо-сингл, где Dragon Attack занимала обе стороны пластинки — отредактированная до трёх минут версия на стороне A и она же на стороне B. Странный артефакт, но показательный: кто-то в мексиканском отделении EMI считал, что эта песня заслуживает отдельного выпуска.

На концертах Dragon Attack стала постоянным номером программы. На записи южноамериканского тура 1981 года — стадион Morumbi в Сан-Паулу, 20 марта — она звучит в сет-листе рядом с Now I'm Here и Love of My Life. Песня, родившаяся из пьяного джема в подвале Arabellahaus, оказалась достаточно живучей, чтобы работать на стадионах.