Friends Will Be Friends
Фредди Меркьюри хотел написать ещё один гимн. Не рок-оперу, не студийный эксперимент — песню, которую стадион подхватит с первого припева. У Queen уже были We Are the Champions и Radio Ga Ga, и Меркьюри задумал третью вещь того же калибра. Friends Will Be Friends стала результатом этой конкретной амбиции — песней, написанной вместе с Джоном Диконом и построенной вокруг одного принципа: припев должен запоминаться мгновенно.
Сингл вышел 9 июня 1986 года и добрался до 14-й строчки британского чарта, до 20-й в Германии, 17-й в Нидерландах и 19-й в Швейцарии — скромный результат на фоне A Kind of Magic, поднявшейся до третьего места. Но чарты не отражали того, чем песня стала на сцене.
Мелодия припева как инженерная задача
Меркьюри подходил к написанию припева расчётливо. Ему нужна была мелодия, которую десятки тысяч людей смогут воспроизвести без репетиции — и он с Диконом нашёл решение в простоте. Фраза «friends will be friends» ложится на интуитивный мелодический ход, а повторение закрепляет её после первого же прослушивания. Дикон, соавтор песни, играл не только бас, но и электрогитару — необычная для него роль, добавившая плотности аранжировке. Клавишные взял на себя Спайк Эдни, давний концертный клавишник Queen, а Мэй выстроил гитарную партию поверх фортепиано Меркьюри.
Работа над A Kind of Magic шла параллельно в двух студиях: Фредди и Дикон записывались с Маком в Musicland в Мюнхене, а Мэй и Тейлор — с Дэвидом Ричардсом в Mountain Studios в Монтрё. Этот раздельный метод, по мнению критиков, лишил альбом целостности, но для Friends Will Be Friends он сработал: мюнхенская часть, где и рождался трек, завершалась в лондонской Town House в феврале–марте 1986-го. Мак, спродюсировавший трек, выжал из мюнхенской студии максимум: для бочки использовался микрофон Neumann U47 FET, на малый барабан направили AKG C414, установленный в тридцати сантиметрах от пластика — достаточно далеко, чтобы сохранить ощущение пространства при сведении. Томы записывались через Neumann U87, хай-хэт — через конденсаторный Schoeps. Малый барабан был «задвоен»: живой звук наложили на сигнал модуля Simmons SDS7, обработанный дилеем на процессоре AMS. Тот же приём Мак применял на One Vision — и результат оба раза был безошибочно «восьмидесятническим»: плотный, гулкий удар с электронным послевкусием.
Видео с фанатами на Уэмбли
Клип снимали 15 мая 1986 года на JVC Studios в Уэмбли — группа в тот момент готовилась к туру прямо там. За камерой стояли Torpedo Twins — австрийский дуэт Руди Долезал и Ханнес Россахер, уже снимавшие Queen во время записи One Vision. Концепция была сознательно традиционной: группа на сцене, восторженная публика. На съёмки пригласили членов фан-клуба Queen — точно так же, как в 1977-м на видео We Are the Champions.
{{Дикон}} появился в кадре с басом необычной формы — Warwick Buzzard, угловатый инструмент, больше похожий на авангардную скульптуру. Тот же бас Дикон использовал несколькими днями ранее, 11 мая, на фестивале La Rose d'Or в Монтрё — малоизвестном выступлении, где Queen играли под фонограмму четыре песни (One Vision, A Kind of Magic, Friends Will Be Friends, Hammer to Fall), хотя вокальная импровизация Фредди была живой. Весь сет позже вошёл на DVD Greatest Video Hits II.
Сингл и расширенная версия
На обороте семидюймового сингла поместили Seven Seas of Rhye — вещь 1974 года, первый хит Queen, записанный двенадцатью годами ранее. Контраст между двумя сторонами пластинки фиксировал дистанцию, которую группа прошла за это время. Помимо стандартного 7» и коллекционного пикчер-диска, вышла двенадцатидюймовая версия с расширенным миксом Friends Will Be Friends длиной 6:13 — на две с лишним минуты длиннее альбомной. На обороте двенадцатидюймовки разместили оба трека: оригинальную версию и Seven Seas of Rhye.
В чартах сингл не повторил успеха двух предыдущих релизов с альбома, но его настоящей сценой стал Magic Tour лета 1986-го. На открытии тура в Стокгольме 7 июня песню не играли — сингл вышел только через два дня. Впервые она прозвучала 11 июня в Лейдене (Groenoordhallen, Нидерланды), и в полной версии — только на этих двух концертах, 11 и 12 июня. На всех остальных датах тура Friends Will Be Friends звучала в сокращённом виде — около двух минут между We Will Rock You и We Are the Champions. Зрители, ожидавшие после нарастающего гитарного соло Мэя привычного фортепианного вступления Champions, получали сюрприз: Роджер Тейлор отсчитывал начало Friends Will Be Friends.
На записях с Уэмбли 11 и 12 июля слышно, как 72 тысячи человек поют припев без подсказки. На Live Magic версию урезали до чуть больше минуты — продюсеры не смогли вместить все песни на альбом целиком.
Расширенная версия 6:13 с двенадцатидюймовки содержит новое вступление и длинное инструментальное аутро. Из неё был смонтирован отдельный трек Friends Will Be Friends Will Be Friends (5:57) — с вырезанным одним припевом; он вошёл как бонус на оригинальные британские и американские CD-издания A Kind of Magic. Для песни, которую критики приняли сдержанно, концерт был единственным аргументом, который имел значение.
Коллективная песня, вдохновлённая Live Aid и Мартином Лютером Кингом. Записана в сентябре 1985 на Musicland с Маком. UK №7. Kurzweil 250 впервые у Queen.
Написана Тейлором для Highlander, полностью переработана Меркьюри в феврале 1986. Тейлор тайком записал гитарную партию на Red Special Мэя. UK №3.
Лирическая баллада Дикона с саксофоном. Одна из двух песен на альбоме, не связанных с Highlander.
Мотаун-стилизация с синкопированным басом Дикона. Продолжение линии Hot Space, но в более зрелом звучании.
Стадионный гимн, ставший главной финальной песней Magic Tour. Припев рассчитан на хоровое подпевание 72 тысяч на Уэмбли.
Баллада для сцены смерти возлюбленной Маклауда. Мэй написал в машине после просмотра монтажа. Оркестр Кэймена, запись в Abbey Road. UK №24.
Тема антагониста Кургана. Тяжёлый рифф и агрессивный вокал Меркьюри. Вышла на обороте американского сингла A Kind of Magic.
Ритмичная вещь Тейлора с синтезаторной обработкой. Одна из трёх песен, не связанных с фильмом.
Тема титров Highlander. В 1:58 Меркьюри цитирует ранние песни Queen — момент ностальгии. Финал альбома как театральный жест.

