Gimme the Prize (Kurgan's Theme)

Клэнси Браун в роли Кургана — один из самых запоминающихся злодеев кинематографа 1980-х. Бессмертный варвар с изуродованным горлом, который мчится по ночному шоссе к Нью-Йорку, вставляет кассету в магнитолу и врубает на полную громкость собственную тему. Эта сцена на двадцать четвёртой минуте «Горца» — момент, ради которого Брайан Мэй и писал Gimme the Prize.

Песня — полная противоположность другого вклада Мэя в саундтрек. Если Who Wants to Live Forever рождалась из сцены любви и потери, то Gimme the Prize выросла из образа антагониста: грубая сила, неотвратимость столкновения, финальная схватка за Приз — награду последнему выжившему Горцу. Мэй вложил в трек почти осязаемую агрессию, нехарактерную для его авторского почерка.

Волынка на Red Special

Запись проходила на Mountain Studios в Монтрё и The Town House в Лондоне при участии Дэвида Ричардса. Структура трека проста и намеренно тяжеловесна — тяжёлые, повторяющиеся гитарные риффы гонят композицию вперёд на полных оборотах. Но самый неожиданный момент спрятан на отметке 2:36.

Гитарное соло Мэя — не просто рок-импровизация, а стилизация под шотландскую волынку. Дань происхождению Горца. Мэй добился странного, гнусавого тембра на Red Special с помощью изощрённого эффекта хоруса — приёма, модного в 1980-х, но крайне редкого в его собственном арсенале. Результат — соло, которое звучит одновременно как рок-гитара и как волынка на шотландских холмах, и это сочетание работает куда убедительнее, чем могло бы показаться на бумаге.

Голос на пределе

Фредди Меркьюри пел Gimme the Prize на самом верху своего диапазона — так же, как в The Hero с саундтрека к «Флэшу Гордону». Вокал здесь намеренно агрессивен: Меркьюри играет Кургана, не себя. Между вокальными фразами вмонтированы фрагменты диалогов из фильма — приём, знакомый по работе над Flash Gordon, где Queen точно так же вплетали реплики персонажей в музыкальную ткань.

Мэй: Фредди обладал способностью полностью перевоплощаться в персонажа, которого пел

Ни Фредди, ни Джон не были в восторге от этой песни. Но Меркьюри всё равно спел её с полной отдачей — способность перевоплотиться в персонажа перевешивала личные предпочтения. Четвёрка записала трек в классическом составе: Мэй — электрогитара, Дикон — бас, Тейлор — ударные, Меркьюри — вокал. Никаких клавишных, никаких оркестровых наложений. Чистый хард-рок, сжатый до четырёх с половиной минут.

За пределами саундтрека

Сам Мэй описывал процесс так: сначала он написал тему для конкретной сцены фильма, а уже после того как работа над «Горцем» была завершена, доработал её до полноценной песни. Полноценного саундтрека к фильму так и не вышло — хотя в титрах он был анонсирован. Шесть из семи треков, записанных для «Горца», переработали и выпустили на A Kind of Magic.

В Америке Gimme the Prize вышла на обороте сингла A Kind of Magic — тяжёлый B-side для лёгкого, почти поп-сингла. Двенадцать лет спустя песня всплыла снова — на CD-сингле No-One But You (Only the Good Die Young) в 1998 году, в совсем ином, посмертном контексте. В концертный сет-лист Magic Tour трек не попал: театральная агрессия Кургана плохо вписывалась в стадионную программу, где царили Friends Will Be Friends и Radio Ga Ga.

Зато соло из Gimme the Prize зажило собственной жизнью. 6 ноября 1998 года Мэй давал сольный концерт в петербургском ДК Ленсовета в поддержку альбома Another World — и неожиданно вставил «шотландское» соло прямо в середину Fat Bottomed Girls. Волынка Red Special зазвучала посреди рок-н-ролльного гимна, и зал получил один из тех антологических моментов, которые случаются только на живых выступлениях.