One Year of Love

В фильме Highlander эта вещь появляется не как случайная вставка, а как идеально рассчитанный момент. На отметке 28:20 Коннор Маклауд встречает Бренду Уайатт в прокуренном нью-йоркском баре, и именно там звучит One Year of Love. Сцена собрана из всех узнаваемых кинематографических клише 1980-х, а песня Джона Дикона попадает в эту атмосферу без промаха: чуть сентиментальная, нарочито роскошная и очень экранная.

Для Queen это был еще и редкий случай, когда Дикон оказался автором единственного своего номера для саундтрека. На альбоме A Kind of Magic, вышедшем 2 июня 1986 года в Великобритании и 3 июня в США, One Year of Love заняла третье место в трек-листе рядом с куда более громкими и боевыми вещами. Но именно она показывает другую сторону пластинки: не фантастический пафос и не рок-напор, а мелодраму, почти доведенную до предела.

Внутри самой песни все строится вокруг потери, которая не проходит. Текст говорит от лица человека, пережившего любовную рану и уверенного, что полюбить снова он уже не сможет. Для Highlander такой ход был почти буквальным: бессмертный герой Кристофера Ламбера обречен снова и снова переживать уход любимых людей. Поэтому песня работает не просто как баллада для саундтрека, а как краткое эмоциональное резюме всей его участи.

Песня для Highlander

One Year of Love стала единственным вкладом Джона Дикона в саундтрек Highlander, и в этом есть своя логика. Дикон у Queen не раз приносил песни, построенные не на демонстрации силы, а на ясной мелодии и точном эмоциональном жесте. Здесь он делает то же самое, только под задачу кино: не спорит с сюжетом, а встраивается в него.

У песни есть и вторая, более тихая жизнь внутри фильма. Еще одна версия, уже в фортепианном варианте, звучит на отметке 1:04, когда герой обнаруживает у себя дома полицию. Это важная деталь: материал работает не только как большая барная баллада, но и как тема, которую можно ужать до почти камерного состояния. Значит, у Дикона с самого начала была не просто удачная мелодия для конкретной сцены, а композиция, способная держаться и без всей внешней роскоши.

Сам тон песни при этом балансирует на грани, за которую Queen в середине 1980-х заходили вполне сознательно. Песня китчевая, даже приторная — но для Highlander эта избыточность оказывается достоинством. В мире, где шотландский бессмертный ходит через столетия, а дуэли на мечах соседствуют с романтической мелодрамой, слишком сдержанная вещь просто потерялась бы. One Year of Love, наоборот, играет широко и крупными мазками.

Фредди Меркьюри в таком материале был незаменим. Он дает песне привычно вдохновенное исполнение и тянет ее мощным голосом. Это слышно уже в самой идее трека: Дикон приносит композицию, а Меркьюри превращает ее в признание, которое должно не просто прозвучать, а заполнить собой весь кадр.

Town House и звук середины восьмидесятых

Записывали One Year of Love в лондонской The Town House с ноября 1985-го по январь 1986-го. Продюсерами выступили Queen и Рейнхольд Мак, он же был звукоинженером. Это была последняя песня, записанная для Highlander, когда съемки фильма уже подходили к концу. Такая поздняя запись многое объясняет: трек звучит как работа, в которой группа и продюсер уже точно понимают, что именно нужно картине.

Состав у записи показательный. Кроме Меркьюри, здесь нет ни Брайана Мэя, ни Роджера Тейлора в обычной для Queen роли. Джон Дикон сыграл бас, синтезатор и занялся программированием; приглашенный Стив Грегори записал саксофон; струнные аранжировки сделал Линтон Найфф. Уже по списку видно, что перед нами не рок-песня, слегка украшенная оркестровкой, а студийно собранная баллада, где все подчинено мягкой, гладкой поверхности.

Особенно важен выбор саксофониста. Для соло Дикон позвал Стива Грегори, музыканта, который за два года до этого прославился как автор одной из самых известных саксофонных партий в истории поп-музыки, в Careless Whisper Джорджа Майкла. Одно его присутствие сразу помещает One Year of Love в конкретный звуковой контекст эпохи. Саксофон здесь не спорит с песней, а делает именно то, что должен, усиливает ощущение дорогой, взрослой и немного театральной романтики.

Струнные Найффа вступают с отметки 3:09. Это тоже характерный штрих: аранжировка как будто придерживает главный козырь до финальной части, а потом раскрывает песню еще шире. В результате One Year of Love движется не рывками, а волной, постепенно наращивая вес. Для четырех с половиной минут это особенно важно: композиция удерживает внимание не за счет драматических поворотов, а за счет того, как слой за слоем становится богаче.

Массивное использование синтезатора Yamaha DX7 намертво привязывает песню к звуку своего времени: тембр DX7 сегодня моментально выдает середину 1980-х. Но в случае One Year of Love это не недостаток, который нужно оправдывать, а часть ее сути. Песня и должна звучать как роскошная экранная баллада 1985–1986 годов. Убери этот синтетический блеск, и исчезнет половина ее характера.

Баллада без гитары

Для Queen середины восьмидесятых One Year of Love еще интересна тем, насколько демонстративно она уходит от привычной внутренней драматургии группы. Если в классической балладе Queen слушатель почти автоматически ждет, что в какой-то момент появится гитара Брайана Мэя и поднимет песню на новый уровень, то здесь этого не происходит вообще. Эмоциональный пик доверен не гитарному соло, а саксофону, и это решение меняет весь центр тяжести.

Такой выбор хорошо показывает, насколько A Kind of Magic и работа над Highlander позволили группе мыслить не альбомными привычками, а кинематографическими функциями. One Year of Love не нужно пробивать стену звука или доказывать, что Queen по-прежнему великая рок-группа. Ей нужно создать пространство для взгляда, паузы, дыма, медленного разговора через столик в баре. С этой задачей саксофон справляется лучше, чем любой героический гитарный выход.

При этом песня не выглядит чужой в каталоге Queen. Скорее, она продолжает линию, в которой группа умела быть предельно мелодичной и даже уязвимой. Разница в том, что здесь эту уязвимость почти полностью отдали студийной фактуре: программированию Дикона, клавишным слоям, струнным и голосу Меркьюри. Рок-группа как будто временно отходит в сторону, чтобы дать месту и времени сделать свое дело.

После релиза

На самом A Kind of Magic песня оказалась среди вещей, которые обычно остаются чуть в тени более громких хитов, но не исчезают. Ее дальнейшая судьба это подтверждает. В 1999 году One Year of Love включили во второй диск Greatest Hits III, сборника, где Queen и связанные с группой записи были собраны уже в очень широком формате. Для песни это был знак не канонического, но устойчивого статуса: не главный хит, зато вещь, которую помнят и считают достойной повторного издания.

Похожую роль она получила и позже. В 2011 году трек вошел в Deep Cuts 3 (1984-1995) — сборник малоизвестных и недооцененных вещей Queen, составленный уже как портрет менее очевидной стороны каталога. Само присутствие One Year of Love там говорит о многом. Ее не пытаются выдать за центральный номер эпохи, но признают важной деталью группы восьмидесятых: песней, без которой картина была бы неполной.

В 2014-м композиция снова всплыла на сборнике Forever, посвященном мелодической и романтической стороне Queen. Там она оказалась в особенно подходящей компании, среди баллад и лирических номеров, где ее избыточность уже не выглядит странностью, а становится преимуществом. На таком фоне One Year of Love слышится именно так, как и должна: как большая, чуть старомодная, очень кинематографическая песня о чувстве, которое пережило свой срок, но не исчезло.