Radio Ga Ga

Название песни подсказал трёхлетний сын Тейлора — Феликс. Полуфранцуз (его мать — Доминик Бейран), мальчик слушал радио и крикнул «Radio caca!» Тейлор заперся в студии на три дня с синтезаторами и записал демо. В финальной версии песни оригинальное «caca» всё ещё слышно — Мэй подтвердил в 2017 году: «Radio caca — это то, что мы на самом деле поём на записи». Тейлор написал песню после долгого просмотра MTV в Штатах, чувствуя, что визуальный образ вытеснил музыку.

К январю 1984 года Queen не выпускали нового материала с лета 1982-го, а внутри группы накопилось слишком много усталости, побочных проектов и слухов о распаде. После последнего концерта тура Hot Space 3 ноября 1982 года музыканты взяли самую длинную паузу в своей истории: Роджер Тейлор занялся вторым сольником Strange Frontier в Монтрё, Брайан Мэй записывал Star Fleet Project в Лос-Анджелесе, Фредди Меркьюри работал в Мюнхене с Маком, а Джон Дикон позже вспоминал, что от этого бездействия ему стало по-настоящему скучно и даже депрессивно. На таком фоне Radio Ga Ga оказалась не просто первым синглом нового альбома, а публичным доказательством того, что Queen еще способны собраться в одну машину.

Именно поэтому песня сработала так сильно. Она вышла 23 января 1984 года, за месяц до релиза The Works, и сразу вернула группе масштаб: первое место в девятнадцати странах, хорошая реакция в США, где, по воспоминанию Брайана Мэя, сингл был уже в топ-20 и продолжал расти. Для Queen это был редкий момент, когда после внутреннего раздрая, неудач Hot Space и болезненного американского провала снова появилось ощущение большого хита.

У Radio Ga Ga есть и другой вес: она очень точно стоит на стыке двух линий в истории группы. С одной стороны, это песня Queen периода The Works, когда коллектив после экспериментов начала 80-х пытался вернуть себе форму. С другой, это очень «роджеровская» вещь: ее автор давно тянул группу к более синтетическому, машинному звучанию, и именно здесь эта линия впервые дала по-настоящему международный результат.

После затяжной паузы

Возвращение Queen к совместной работе в 1983 году было совсем не безоблачным. Летом менеджер Джим Бич пытался перезапустить дела группы в США, параллельно музыкантам предлагали написать музыку к фильму The Hotel New Hampshire, а сами они после восемнадцатимесячного перерыва встретились в Лос-Анджелесе. Саундтрек в итоге не случился, но желание снова работать вместе вернулось, и по совету Брайана Мэя группа забронировала Record Plant.

Роджер Тейлор потом формулировал это очень просто: хотелось уехать из «чертовски холодного Мюнхена» в место потеплее. Брайан Мэй подтверждал, что к августу 1983-го все уже были готовы снова входить в студию. Так началась работа над The Works с Маком в роли сопродюсера. Впервые в записи так заметно участвовал пятый музыкант, клавишник Фред Мэндел, игравший с Queen в американском туре 1982 года. Его вклад важным для нескольких вещей с альбома, включая будущий хит I Want to Break Free; в целом это хорошо описывает и атмосферу сессий: Queen уже не были той группой, которая принципиально обходится без внешней клавишной помощи.

Сессии в Лос-Анджелесе растянулись до января 1984-го, после чего группа вернулась в Мюнхен для дополнительных записей. Radio Ga Ga появилась в самый чувствительный момент всей этой истории. Пока альбом еще готовился, именно она должна была объяснить публике, в каком состоянии теперь находятся Queen: не в режиме развала, а в режиме перегруппировки.

Тейлор и его электронный след

Хотя Radio Ga Ga воспринимается как большой поп-хит Queen середины 80-х, корни ее звукового языка у Роджера Тейлора появились заметно раньше. Еще в феврале–мае 1980 года, во время сессий The Game в мюнхенской Musicland Studios, он записал A Human Body. Песня в альбом не попала, уступив место Coming Soon, но в ней уже был важный для будущего ход: с отметки 0:41 звучит «роботизированный» голос, произносящий слово human монотонным тоном.

Для этого Тейлор использовал Roland VP-330 с вокодером. Принцип был новым для Queen и вообще звучал по-футуристически: голос с микрофона модифицировался в зависимости от нот, сыгранных на клавиатуре. Автор книги прямо подчеркивает, что позже Тейлор снова применит этот прием в Radio Ga Ga, своем первом по-настоящему крупном хите для группы в 1984 году. Важная деталь здесь не только техническая, но и авторская: Тейлор уже давно думал не только как барабанщик. В собственных вещах он охотно брал на себя гитары, клавиши и основной вокал, а еще в конце 70-х явно добивался статуса полноценного певца внутри Queen, поправляя радиоведущего: не просто drummer, а «and occasional vocals».

Этот контекст многое объясняет в природе Radio Ga Ga. Даже когда Тейлор работал внутри Queen, его материал часто тянулся к отдельной, почти сольной логике. Так было с Fight from the Inside, где он сам записал барабаны, ритм- и бас-гитары и спел лид. Так было и с A Human Body, которая звучала почти как набросок к его будущему Fun in Space. Radio Ga Ga важна тем, что эта индивидуальная линия наконец совпала с интересами всей группы и с моментом, когда Queen особенно нужен был большой, современный и безошибочно узнаваемый сингл.

Между Лос-Анджелесом, Мюнхеном и радиоэфиром

В истории Queen радио уже однажды сыграло роль почти сказочного ускорителя. В 1975 году диск-жокей Кенни Эверетт, давний друг Фредди Меркьюри, крутил Bohemian Rhapsody на Capital Radio четырнадцать раз за один день, вызвав вал звонков на станцию и убедив EMI, что из шестиминутной сюиты все-таки получится сингл. Для группы эфир никогда не был просто средой распространения песен: это был механизм, который мог мгновенно менять их судьбу.

С Radio Ga Ga вышло почти зеркально. В Европе сингл взлетел: первое место сразу в нескольких странах показало, что Queen снова попали в нерв времени. В США реакция тоже сначала выглядела обнадеживающей. Но именно там песня столкнулась не с музыкальной, а с индустриальной проблемой. Новый американский лейбл группы, Capitol Records, оказался в центре скандала: компанию подозревали в коррупции, радиопрограммеров — в получении взяток за продвижение артистов, а на фоне расследования треки лейбла начали бойкотировать.

Брайан Мэй вспоминал это с явной горечью:

У нас была Radio Ga Ga, которая, кажется, была в двадцатке и поднималась, но на следующей неделе исчезла из чартов

Для Queen это был почти символический удар. Группа только что заплатила миллион долларов, чтобы уйти от Elektra к Capitol, надеясь заново отстроить американскую карьеру, а в итоге именно в момент появления сильнейшего сингла осталась без нормальной радиоподдержки. В книге это описано как очередной приступ хронического невезения Queen в Штатах, и спорить с такой формулировкой трудно.

Сингл, который снова собрал группу

Если смотреть на Radio Ga Ga только как на удачный номер из The Works, легко упустить главное. Эта песня вышла в период, когда Queen уже были не столько «группой», сколько, по словам Джона Дикона, четырьмя отдельными людьми, которые время от времени работают вместе под одним названием. После Hot Space коллективу нужно было не просто написать сильный трек, а заново найти общую точку сборки.

Radio Ga Ga этой точкой и стала. Инструментально трек строился на LinnDrum, Roland Jupiter-8 для басовых линий и Roland VP-330 — том самом вокодере, который Тейлор впервые использовал ещё на A Human Body в 1980 году. В ней сошлись почти все линии начала 80-х: мюнхенский опыт работы с Маком, открытость к электронным текстурам, выросшая роль Тейлора как автора и привычка Queen мыслить большими синглами.

Клип, снятый Дэвидом Маллетом на студии Shepperton 23–24 ноября 1983 года, обошёлся в £110 000. Пятьсот участников фан-клуба в белых комбинезонах хлопали в унисон — именно этот жест позже повторят 90 000 зрителей на Live Aid. Кадры из «Метрополиса» Фрица Ланга группа и Джим Бич выкупили у немецкого правительства. В футуристическом автомобиле на съёмочной площадке была спрятана бутылка водки — для храбрости. Брайан Мэй: Никто из тех, кто был там, никогда этого не забудет

Уже потом The Works закрепил камбэк целой серией сильных вещей, но первой дверь снова распахнула именно песня Роджера Тейлора. Леди Гага позже возьмёт сценический псевдоним в честь этой песни — ещё одно подтверждение того, что Radio Ga Ga давно вышла за пределы каталога Queen.