Teo Torriatte (Let Us Cling Together)

Весной 1976 года Queen снова приехали в Японию и быстро увидели, что их там ждут почти как своих. Тур стартовал 22 марта в токийском Nippon Budokan и растянулся на одиннадцать концертов до 4 апреля; спрос оказался таким, что к маршруту добавили ещё одно шоу в Токио. На открытии Брайан Мэй сказал публике: Брайан Мэй: Хорошо снова быть здесь. Мы отсутствовали слишком долго. Для группы, которая в Европе и Америке ещё продолжала пробивать себе новые рубежи, Япония уже стала территорией безусловной любви.

Из этого опыта выросла одна из самых необычных песен каталога Queen. На A Day at the Races появилась вещь, в которой Брайан не просто написал благодарность японским поклонникам, но и вывел её прямо в текст, частично на японском языке. Для Queen середины семидесятых это был характерный жест: эмоциональный ответ публике, которая приняла их раньше и горячее многих других стран.

Песня как благодарность Японии

Teo Torriatte — дань японской аудитории Queen, написанная Брайаном Мэем как благодарность японским фанатам. Важно здесь и то, в какой момент появилось посвящение. Весной 1976-го Queen уже имели за плечами британский и американский прорыв после Bohemian Rhapsody, но японская реакция была для них особенной: живой и очень личной связью.

Атмосферу той поездки хорошо передают реплики со сцены. Брайан Мэй: Хорошо снова быть здесь. Мы отсутствовали слишком долго. А Фредди Меркьюри в Нагое бросил залу ещё более театральное пожелание: Фредди Меркьюри: Пусть завтра вы все пьёте шампанское на завтрак. Эти слова сами по себе не относятся к Teo Torriatte, но помогают понять, из какого настроения она родилась. Япония для Queen уже тогда стала местом взаимной преданности.

На этом фоне выбор японского языка выглядел естественным продолжением разговора с публикой. Для британской рок-группы 1976 года такой ход был редким. Queen вообще любили стилистические переодевания и большие жесты, но здесь за внешней необычностью стояла вполне конкретная адресность: песня была написана именно для тех слушателей, которые сделали группу своей.

На A Day at the Races

Teo Torriatte вошла в A Day at the Races, альбом, который Queen начали готовить после короткой передышки по завершении весеннего тура 1976 года. Репетиции стартовали на Ridge Farm, а запись началась в июле в The Manor Studio в Кидлингтоне, Оксфордшир. В отличие от первых четырёх альбомов, здесь группа уже работала без Роя Томаса Бейкера как основного продюсера: Queen взяли на себя функции продюсеров, сохранив рядом инженера Майка Стоуна.

Сам альбом с самого начала воспринимался как родственник A Night at the Opera. Брайан позже говорил, что считает эти две пластинки полностью параллельными, тогда как Рой Томас Бейкер смотрел на ситуацию куда язвительнее: альбом, по его словам, «слишком отдавал продолжением». В этом контексте Teo Torriatte смотрится очень показательно. Она вполне вписывается в ту линию A Day at the Races, где Queen снова тянутся к крупной, изящно выстроенной форме, к песням с подчеркнутой отделкой и почти барочной драматургией.

На пластинке были вещи столь же орнаментальные, как и самые затейливые моменты A Night at the Opera, и Teo Torriatte — в этом ряду. Песня важна не только посвящением, но и тем, как она работает внутри альбома: это часть общей эстетики Races, более декоративной, иногда даже чрезмерной. Там, где A Night at the Opera часто держалась на лёгкости и дерзости, A Day at the Races нередко выбирал роскошь, плотность и чуть более торжественный тон.

Отсюда и двойственное ощущение, которое вообще сопровождает пластинку. С одной стороны, Queen вновь позволили себе сложные, пышные формы. С другой, уже задним числом в этом видели и некоторую перегруженность. Но именно Teo Torriatte из такого подхода многое выигрывает. Песня задумывалась как жест близости, а потому ей подходит масштабная, почти церемониальная подача. Благодарность тысячам людей здесь оформлена в большую альбомную вещь.

Японские строки и жест редкой точности

Главная деталь Teo Torriatte, конечно, в том, что Queen не ограничились английским текстом. В книге Гаар это сформулировано коротко и точно: песня частично исполнена на японском языке. Сам по себе факт кажется небольшим, но для понимания Queen он очень важен. Группа всегда умела думать в масштабе стадиона, однако здесь сработала противоположная логика: вместо универсального рок-жеста она выбрала обращение почти интимное, рассчитанное на то, что адресат сразу услышит себя внутри песни.

Такой ход многое говорит и о Брайане как авторе. Среди композиторов Queen именно он нередко приносил вещи, в которых торжественность соседствовала с теплотой, а лирика не боялась быть прямой. Teo Torriatte строится именно на этой прямоте. Это персонализированное послание конкретной аудитории.

При этом японские строки работают не как декоративная вставка ради необычного колорита. Они закрепляют сам смысл песни: благодарность должна прозвучать на языке тех, кому она адресована. Для группы, которую нередко упрекали в избыточности, здесь как раз чувствуется редкая точность. Queen не раз стремились впечатлить, но в Teo Torriatte важна точность попадания.

Возвращение на сцену в 1979-м

Выразительный штрих к жизни песни появился уже позже, в японском туре 1979 года. После релиза Jazz и большого североамериканского и европейского маршрута Queen в апреле снова прилетели в Японию. Музыканты были рады вернуться к слушателям, которые поддерживали их безоговорочно ещё с 1975 года. И именно во время этой поездки группа включила Teo Torriatte в концертную программу.

Этот момент многое расставляет по местам. Песня, написанная как благодарность, не осталась студийным сувениром для пластинки A Day at the Races. Через несколько лет Queen вынесли её на сцену именно там, где её смысл был предельно ясен без дополнительных объяснений. В этом есть красивая завершённость: сначала японская публика вдохновляет Брайана Мэя на сочинение, потом песня выходит на альбоме, а затем возвращается к тем же слушателям уже в живом исполнении.

У Queen хватало песен, рассчитанных на мгновенный сценический отклик, на общий хор или на эффектный театральный разворот. Teo Torriatte жила по другим правилам. Её наследие в том, как точно она зафиксировала отношения группы с одной конкретной страной и одной конкретной аудиторией. В истории Queen это редкий случай, когда география любви между группой и публикой превратилась в песню почти без потерь.