Back Chat

Летом и осенью 1981 года в мюнхенской Musicland Studios Queen записывали Hot Space в обстановке, которая мало напоминала сплочённую группу. По словам продюсера Рейнхольда Мака, музыканты постоянно ссорились, особенно Брайан Мэй и Джон Дикон, Роджер Тейлор часто отсутствовал, а Фредди Меркьюри нередко оказывался в роли миротворца. В такой атмосфере Дикон принёс Back Chat, вещь длиной 4:33, где его любовь к соулу и фанку уже не просто чувствовалась, а определяла весь каркас песни.

Для Queen эта запись оказалась симптоматичной. После американского триумфа Another One Bites the Dust Дикон снова потянул группу в сторону чёрной танцевальной музыки, а Back Chat стала одним из самых явных примеров этого курса на Hot Space. Сингл вышел в Британии 9 августа 1982 года на EMI, в США 23 ноября 1982 года на Elektra, но большой коммерческой истории не случилось: в британском чарте песня поднялась только до 40-го места, а в американский чарт вовсе не попала.

Между фанком Дикона и упрямством Мэя

Back Chat написал Джон Дикон, и это слышно с первых секунд. Если Another One Bites the Dust строилась вокруг басового риффа, то здесь он попытался ещё глубже зайти на территорию соул-фанка. Дикон хотел заново поймать магию хита 1980 года и ориентировался на синкопированные гитарные рисунки, характерные для фанк-гитаристов вроде Найла Роджерса из Chic, а также Леса Бьюи и Джимми Нолена, известных по работе с Джеймсом Брауном.

Этот замысел и обострил внутренние противоречия. В группе уже было нервно, а Back Chat только усилила раскол между теми, кто тянул Queen к танцевальной музыке, и теми, кто всё ещё мыслил группу прежде всего рок-составом. Мак вспоминал:

Поскольку там почти не было тяжёлых гитар, Брайану это совсем не нравилось, и потом он снова уходил, а потом снова уходил Дики

Рейнхольд Мак

Эта фраза хороша не только как студийная зарисовка, но и как точное описание положения дел на Hot Space. Брайан Мэй не видел себя в песне, где гитара переставала быть главным выразительным инструментом. Дикон, напротив, строил трек так, чтобы роковый центр тяжести сместился: бас, ритм-гитара, синтезаторы и программирование работали здесь важнее привычной для Queen гитарной драматургии.

Что записали в Musicland

Сессии проходили в Musicland Studios в Мюнхене с июня по декабрь 1981 года. Продюсировали запись Queen и Рейнхольд Мак; он же был звукорежиссёром, ассистировал Штефан Висснет. Расклад по партиям у песни необычный даже по меркам поздних Queen: Фредди Меркьюри отвечает за основной и бэк-вокал, Джон Дикон играет на басу и электрогитаре, занимается программированием и синтезатором, Брайан Мэй добавляет электрогитару, а Роджер Тейлор использует электронные барабаны.

Роль Дикона здесь особенно велика. Он сам записал синтезаторные и ритм-гитарные партии, фактически оставив Брайану минимум пространства. Мэй позже рассказывал об этой работе без дипломатических сглаживаний: Брайан Мэй: «Гитарного соло там не предполагалось. Мы много спорили, и то, к чему он вёл в своих дорожках, было совершенно бескомпромиссной ситуацией. Я пытался чуть вернуть всё к центральной линии и добавить немного тяжести. И однажды вечером сказал, что хочу посмотреть, что могу туда привнести. Он согласился, и я зашёл и попробовал несколько вещей»

В этой реплике особенно важны две детали. Во-первых, отсутствие задуманного соло: для песни Queen начала 80-х это уже само по себе заявление. Во-вторых, формулировка про «немного тяжести» показывает, что Мэй воспринимал Back Chat как трек, который уходит от рокового языка слишком далеко. Даже его вклад оказался скорее попыткой отвоевать хоть какое-то место для себя, чем полноценным соавторским вмешательством.

Фредди Меркьюри тяготение песни к танцевальному биту скорее поддерживал — именно такой грув был ему близок. Это хорошо совпадает и с более широким контекстом Hot Space: пластинка в целом тянулась к клубной, гладкой, телесной музыке, которую Queen уже пробовали на Body Language и Staying Power.

Электронный удар Роджера Тейлора

Если гитарный конфликт стал главным драматическим нервом Back Chat, то главным звуковым маркером песни можно считать электронные барабаны Роджера Тейлора. В районе 1:40 он исполняет перкуссионное соло на установке Simmons — революционном инструменте для барабанной игры. Речь идёт о знаменитых электронных барабанах с красно-чёрными восьмиугольными пэдами, которые вскоре станут одним из самых узнаваемых звуковых символов 80-х.

Сам Тейлор говорил об этой технике так: Роджер Тейлор: «У меня целая ударная установка из таких электронных барабанов. Их делает маленькая английская компания Simmons. Это гораздо лучшая версия синтетических барабанов. Можно получить огромный диапазон звуков. Я довольно часто ими пользуюсь, например в Another One Bites the Dust и Action. Вы, вероятно, слышали их в соло в Back Chat. Они великолепны для эффектов. У них есть очень приятная тембровая окраска. Сейчас они есть у многих групп. Некоторые используют их вместо обычных барабанов. Это действительно самая актуальная штука на сегодня. И вообще они очень хороши»

Для Back Chat эта деталь не декоративна. Электронные барабаны здесь не просто осовременивают трек, а закрепляют его в эстетике Hot Space, где Queen уже не маскируют интерес к клубной фактуре под рок-аранжировку. Тейлор фактически продлевает в песне тот же эксперимент со звуком, который уже пробовал раньше, но именно здесь он звучит особенно демонстративно.

Почему песня не сработала как хит

У Back Chat были сильные стороны: танцевальность, цепкий бит, уверенная фанк-пружина. Но песня так и не «застряла» в памяти широкой публики, хотя Дикон явно рассчитывал на повторение успеха Another One Bites the Dust. Возможно, дело было как раз в том, что Back Chat оказалась слишком показательной для внутренних перекосов Hot Space. Здесь почти нет того баланса, которым Queen обычно брали даже в самых смелых жанровых вылазках.

С одной стороны, это очень авторская вещь Дикона, почти лабораторная по степени контроля над материалом. С другой, она звучит как запись группы, в которой каждый уже тянет в свою сторону. Back Chat из-за этого и интересна. Не как скрытый шедевр, который публика якобы недооценила, а как очень точный снимок Queen в момент внутреннего разлома. Дикон здесь почти полностью подминает песню под свой фанк-вкус, Мэй буквально выцарапывает себе пространство, Тейлор приносит в трек новый электронный язык, а Фредди оказывается на стороне танцевального импульса. В результате получилась запись, которая отлично объясняет, почему Hot Space и сегодня вызывает споры: это уже не компромисс четырёх музыкантов, а документ того, как компромисс перестаёт работать.