The Prophet's Song

Готовая запись длится 8:20: это самая длинная песня Queen, если не считать безымянного трека в конце Made in Heaven. Рабочее название, People of the Earth, сохранилось на бобине рабочих миксов из Sarm, где лежит инструментальная версия песни. Пока Фредди Меркьюри возился с Bohemian Rhapsody, Мэй вкладывал все силы в свою вещь, и одно время её прочили в первые синглы альбома.

Меркьюри: Было несколько вариантов. Сначала мы подумывали о The Prophet's Song, но потом нам показалось, что Rhapsody — как раз то, что нужно

Сон о потопе

Песня выросла из сна, который Мэй увидел ещё во время работы над Queen II: после него в голове крутились фразы вроде «people of the earth». Куски будущей песни группа пробовала на сессиях Queen II в августе 1973 года и тогда же бросила. Когда в августе 1975-го Queen начали записывать A Night at the Opera почти с нуля, это был единственный материал, существовавший заранее.

Мне приснилось что-то вроде возмездия людям, и во сне я никак не мог понять, в чём они провинились. Это было похоже на потоп. Всё зашло слишком далеко, и в искупление всему предстояло начаться заново. Во сне люди шли по улицам и пытались коснуться рук друг друга, отчаянно стараясь показать, что им не всё равно. Мне показалось, что беда в этом, и это вообще одна из моих навязчивых мыслей: люди слишком мало соприкасаются друг с другом

Брайан Мэй

В тексте провидец с «moonlit stair» предупреждает «people of the earth» о буре, которую они призвали своей же рукой, люди бегут от дождя «two by two», а в финале звучит «love is still the answer». Проповедовать Мэй, по его словам, не собирался: он хотел передать вопросы, которые его мучили, а ответов у него не было. Кем был человек из сна, пророком или самозванцем, он так и не решил.

Кото, drop D и канон на двух магнитофонах

Сочинялась песня тяжело. Мэй вспоминал кипы бумаги с обрывками и метры кассет: ему было жалко терять любую мелкую идею. Меркьюри говорил, что Брайан чуть не сошёл с ума, собирая её воедино. Песню разделили на четыре части, и каждый припев заканчивается по-своему. Запись, по словам Меркьюри, заняла не то две с половиной, не то три недели.

Мэй: Это была ужасная борьба: превратить то, что звучало у меня в голове, в настоящую музыку. У меня было несколько вариантов риффа, и я не мог понять, как они стыкуются и должны ли вообще стыковаться

Открывает песню ветер: это кондиционер, записанный через микрофон с фейзером. Следом звучат акустическая Tokai Hummingbird, купленная Мэем в Японии в апреле 1975 года, и игрушечное кото длиной около сорока сантиметров, подарок японской поклонницы с того же тура. Сам Мэй называл его миниатюрной копией, но вполне играбельной. На той же Hummingbird сыграна концовка, которая переходит в Love of My Life.

Для риффа Мэй опустил нижнюю струну Red Special на тон, до ре: такой строй, по его словам, дал гитаре «глубину, настоящий мрачный рык». На концертах для этой песни приходилось держать отдельную гитару, постоянно настроенную в drop D. Позже Мэй вернулся к этому строю в White Man и Fat Bottomed Girls.

Средняя часть выросла из его увлечения задержками и каноном, тем же приёмом, на котором построено гитарное соло в Brighton Rock. Вместе с Бейкером Мэй сделал для Фредди демо, а тот добавил свои идеи. Задержку собрали из двух стереомагнитофонов Studer: лента сходила с катушки первого и шла на воспроизведение во второй, «так что лента тянулась через всю комнату», объяснял Бейкер. Почти две с половиной минуты Меркьюри поёт один, повторы его голоса ложатся друг на друга: первый звучит в центре, второй слева, третий справа. Группа возвращается только на 5:50.

Мэй: Это был прекрасный вызов — уговорить Фредди на этот канон в середине. Фредди очень поддерживал такие эксперименты

Нарастание звука на 6:32 участники вспоминают по-разному. Бейкер говорил, что ленту запустили с полной остановки и вклеили этот разгон уже после сведения. Мэй помнил иначе: микс переписали на четвертьдюймовую ленту, проиграли задом наперёд, он сам притормозил машину до остановки, а результат перевернули и буквально скотчем вклеили в мастер.

На сцене до 1978 года

Впервые The Prophet's Song сыграли 14 ноября 1975 года в ливерпульском Empire Theatre, на первом концерте британского тура, за неделю до выхода альбома. У Меркьюри на сцене было два аналоговых дилэя, и середину он каждый вечер импровизировал как хотел, иногда вставляя «Frère Jacques». В конце в 1975-м пускали плёнку с петлёй из альбомной версии: вместо ожидаемого удара она разгонялась на много тонов вверх, и Тейлор отсчитывал вступление Stone Cold Crazy. После первого вечера в Бристоле Меркьюри признавал, что на сцене вышел «лишь скелет того, чем она должна быть». В программе концерта 24 декабря 1975 года, позже изданного как A Night at the Odeon, её не было.

В 1976 году песню играли без одного куплета. Почти целиком её спели в последний раз 18 сентября 1976 года в Гайд-парке, где Меркьюри начал, а капелла-часть со строчки ещё не вышедшей You Take My Breath Away. В 1977–1978 годах от неё оставались только вокальная импровизация Фредди, которую ставили после White Man, и финал, а на туре News of the World между ними звучало гитарное соло. В последний раз её сыграли 13 мая 1978 года в лондонском Empire Pool, на заключительном концерте тура. По сет-листам с ноября 1975-го по май 1978-го набирается около девяноста концертов, часть списков восстановлена по соседним вечерам.

Для DVD-Audio 2002 года Бейкер и Мэй сделали объёмный микс, где к началу добавлено около одиннадцати секунд ветра.

Мэй: Там всё слышно, всё кружится и бурлит в трёх измерениях. Примерно так я всегда мечтал, чтобы звучал этот трек

В феврале 2003 года, собирая оригинальные мультитреки для объёмных миксов всего каталога, Мэй поставил запись, а капелла-части The Prophet's Song первой в список пропавших плёнок и попросил поклонников помочь их найти. В 2005 году к 30-летию альбома сняли клип с новыми кадрами Мэя, играющего на кото. Заглавный трек Innuendo 1991 года отполировали до эпика, который сравнивали с Bohemian Rhapsody и The Prophet's Song. В ноябре 2015 года Мэй слушал, как Queen Extravaganza играет A Night at the Opera целиком, и написал, что вряд ли ещё услышит The Prophet's Song в таком исполнении.